Что «60 минут», что «Замуж за Бузову» — смысл тот же. Как я ходил на российское ток-шоу

Почему-то российские телезрители воспринимают политические развлекательные шоу, как нечто реальное. Как будто на подмостках, под прицелом камер идёт самая настоящая борьба с украинским интегральным национализмом. Как будто многочисленные «эксперты» являются чуть ли не участниками новой Weiße Rose.

Дмитрий Дзыговбродский

Телезрители в социальных сетях с жаром благодарят «экспертов», восхищаются их «селфи», просят «поберечь себя» и «быть осторожными», спорят стенка на стенку, кто из «экспертов» самый лучший, самый честный, самый красивый и самый умный. Сами додумывают за «экспертов» героическую биографию и многочисленные победы на ниве антифашизма. Не замечая при этом, что приглашённые «эксперты» развлекательных политических шоу даже не могут внятно сформулировать, а что вообще происходит на Украине. Только краснеют лицом, морщат лбы, напрягают загривки и орут на украинских «экспертов для битья»: «Фашисты! Нацисты!», а ещё «Ы-а-а-а-у-у-у-э-э-ы-ы-ы». Ах да, ещё иногда нападают на украинских «экспертов» с кулаками.


 

Когда-то очень давно я сам участвовал в этих политических шоу — году в 2014-2015. Тогда я ошибочно полагал, что в этом есть какой-то смысл. Что можно донести до широких масс, что происходит на Украине, почему это произошло, что с этим можно сделать, как не допустить такого же в других странах.

Затем я провёл полтора года в ДНР. Но когда вернулся и случайно у знакомых увидел по ТВ очередное политическое шоу, то я испытал самое настоящее dеjа vu. Как будто это был не февраль 2017 года, а осень-зима 2014. Те же лица, те же имена, те же слова. Разве что крика, эмоций, фанатизма и мордобоя гораздо больше. Слишком много, попросту через край. И ощущается невероятно отчётливый привкус украинских политических шоу. Как будто российское телевидение внимательно изучило продукцию Киева, взяло самое худшее и адаптировало. Прямо-таки по франшизе закупило.

В 2017 году меня попросили принять участие в очередном выпуске полит-шоу, мотивируя тем, что необходимо поддержать экспертным мнением определённую тему, и что это на пользу России. Я без особого энтузиазма, но согласился.

За день до шоу мне позвонили, и я перечислил основные тезисы по нужной теме, что я могу сказать, какими фактами буду оперировать. Поставил условие девушке-продюсеру, что мне дадут полностью высказать свою мысль, пусть не пять минут — никто столько времени в прямом эфире «гостю второго ряда» не даст — но хотя бы минуту, чтобы я мог закончить мысль без ора и спешки.

Я специально не называю, что это было за полит-шоу просто потому, что они похожи друг на друга, как братья-близнецы. Только на одном условный украинец «юрийкот» избивает условного украинца «ковтуна», а на другом условный украинец «русланосташко» дубасит условного поляка «томашамоцейчука». Разница только в подборе приглашённых гладиаторов.

«Радуйся, великий народ Рима, сегодня на гладиаторской арене сойдутся коварные фракийцы и подлые галлы».

Когда я занял место во втором ряду, я очень сильно удивился, что среди российских «экспертов» нет ни одного человека, который бы был мне знаком, как участник событий 2014 года — хоть на Украине, хоть в ЛДНР, хоть в России. По обрывкам фраз я понял, что это модные московские политологи, модные московские редакторы и журналисты. Они друг друга знали: обнимались, похлопывали друг друга по плечам, шутили. С явным удовольствием ждали начала представления. Тем более, что они участвуют не бесплатно и получают за три часа эфира больше, чем большинство граждан России получают за полмесяца, а жители ЛДНР за месяц. О гонорарах украинских «экспертов» и говорить нечего. Когда тот же Вячеслав Ковтун получает за один эфир столько же, сколько рядовой Корпуса ЛДНР за два месяца — наверное, «something is rotten in the state of Denmark».

Впереди меня сидел какой-то видный московский то ли редактор, то ли общественный деятель — сколько их, всех не упомнишь. И я с интересом наблюдал за действом. Как раз на передачу пригласили Руслана Коцабу. Он тихим, ровным, интеллигентным голосом начал излагать свою точку зрения. Несмотря на явное ёрзанье девочек-ассистентов, несмотря на перетоптывания, подёргивания и не очень умные короткие реплики ведущего, Руслан Коцаба спокойно и ровно говорил о том, что считал нужным, что считал важным. И перебить его не могли. Не зря они его вытаскивали издалека, приглашали, оплачивали перелёт — он был центральным гостем шоу. То есть его ценность была слишком высокой для рейтинга шоу, чтобы его перебивать и превращать всё в обычный балаган.

Но вот Руслан Коцаба завершил своё выступление и ко мне подсела милая девушка-ассистентка, которая прямо попросила: «Не могли бы вы сказать то, что мы согласовали перед передачей, но только более остро, более эмоционально. Наорите на украинского эксперта. Не стесняйтесь. Больше эмоций. А то из-за Коцабы у нас темп передачи замедлился».

Тут как раз передо мной тот самый видный московский то ли редактор, то ли общественный деятель — плохо я в них разбираюсь — покраснел шеей, встопорщил редкие седые волосы, напряг плечи и заорал: «Фашисты!», «Нацисты!», а ещё кажется «Ы-а-а-а-у-у-у-э-э-ы-ы-ы». Я плохо разобрал. На получилось мощно. Я проникся. И сразу понял, что киевская фашистская хунта не устоит, если такие люди так громко да ещё и на федеральном канале её заклеймили, обозвали и приняли решение подавить и уничтожить. Сомнений, какая печальная судьба ждёт киевские евромайдановские власти, у меня не осталось.

Тут опять милая девушка в чёрном начала настойчивым горячим шёпотом щекотать мне ухо: «Вы на Сергея Запорожского наорите, пожалуйста. На стесняйтесь. Даже укажите на него пальцем».

Неудобно отказывать девушке. Тем более, если с самого моего приезда на телестудию довольно грубовато, но системно и неутомимо меня одаривали лестью: «Вы наш самый ценный гость», «Нашему редактору вы очень нравитесь», «Ваша история очень для нас важна». Хорошие люди. Слова говорят хорошие, добрые и приятные сердцу. Как таким отказать? Раз уж пришёл в чужой чумной монастырь, где монахи весело отплясывают кадриль и корчат такие рожи, что Ерун Антонисон ван Акен бросил бы все дела и начал зарисовывать с натуры.

А потом я сидел, смотрел грустно на украинских «экспертов для битья», на российских «экспертов для победы» и вспоминал строки Олега Ладыженского:

От пьесы огрызочка куцего

Достаточно нам для печали,

Когда убивают Меркуцио —

То все еще только в начале.

Неведомы замыслы гения,

Ни взгляды, ни мысли, ни вкус его —

Как долго еще до трагедии,

Когда убивают Меркуцио.

Нам много на головы свалится,

Уйдем с потрясенными лицами…

А первая смерть забывается

И тихо стоит за кулисами.

У черного входа на улице

Судачат о жизни и бабах

Убитый Тибальдом Меркуцио

С убитым Ромео Тибальдом.

А во время рекламной паузы Томаш Мацейчук обнимался с известным российским публицистом. И улыбался искренне и широко. Точно так же ему улыбался известный российский публицист. Они разговаривали, шутили и не было у них ни капли той вражды, что они демонстрировали друг другу в прямом эфире. Видно было, что Томаш получается искреннее удовольствие и от шоу, и от общений во время рекламной паузы.

А Сергей Запорожский угрюмо сидел на своём месте и злился. И мне стало перед ним неудобно. Зачем кричать на актёра? Зачем изобличать наёмного мальчика для битья? Ему и так определена непростая роль вечно проигрывающего неудачника, фашиста и нациста. И он её отрабатывает до последней копейки.

И ведь все эти политические развлекательные шоу, созданные для народа России по принципу «у простого человека и удовольствия нехитрые», никакой пользы не приносят. Никому. Кроме команды самого шоу, ведущим, редакторам, сценаристам, продюсерам, ассистентам и прочим телевизионных профессиям. И ради того, чтобы сохранить свою зарплату, премии, надбавки и бонусы, они доведут до абсурда всё. Ради того, чтобы сохранить «темп шоу», рейтинг, вовлечённость аудитории и её размер, они будут устраивать театрализованные бои между «экспертами», будут выгонять украинских «экспертов» со студии во время прямого эфира, бросаться на них с кулаками, договариваться с российскими гостями, чтобы они устраивали с украинскими «экспертами для битья» мини-версии Бойцовского клуба, чтобы «условно наши» на «условно ненаших» орали, оскорбляли, проклинали.

Чтобы зритель, довольно и благостно развалившись в кресле, попивая горячительный напиток и похрустывая чипсами, думал, что «мы снова всех победили». Условно всех. Условно победили.

И никакого влияния на реальность. Никакой правды. Никакого осмысленного мнения. Никакой аналитики. Никакой попытки понять. Только «Ы-а-а-а-у-у-у-э-э-ы-ы-ы».

Что «Дом-2», что «Время покажет», что «60 минут», что «Модный приговор», что «Замуж за Бузову». Аудитории чуть разные — смысл один и тот же.

И потому очень поучительно и занятно наблюдать, когда украинские политэмигранты называют себя «борцами с нацизмом», и при этом сидят героически на развлекательных политических шоу, периодически дерутся с такими же украинцами, как они, постоянно орут друг на друга, как это принято у украинцев.

Они могли бы ровно то же самое делать в «Доме-2» или в какой-нибудь передаче с Бузовой. Ровно та же польза для России и ровно такая же борьба с украинским национализмом. А что, «Антифашизм с Бузовой» или «Патриотизм с Бузовой» — отличная идея для политического шоу. Свежо. На время аудитория залипнет. Если уж команды российских развлекательных политических шоу так презирают русский народ и считают, что он сожрёт даже такое, как транслируют сейчас, то зачем останавливаться?

На следующей неделе мне снова позвонила девушка-ассистент из этого шоу и пригласила поучаствовать. И я с огромным внутренним облегчением отказался: «Нет, я не эксперт по Украине. Нет, я не знаю, что там происходит. Нет, я не в курсе последних новостей — не слежу, не интересуюсь. Нет, к сожалению, я вряд ли окажусь полезным вашему шоу — я не вписываюсь в ваш формат. Всего вам хорошего. Спасибо, что пригласили».

Нет ничего достойного в том, чтобы участвовать в современных гладиаторских игрищах на потеху невзыскательной публики. И нет ничего достойного в том, чтобы быть зрителем гладиаторских боёв и хлопать в ладоши с трибун.

А так каждый выбирает по себе. Что ему важно. Что ему нужно. Что ему ближе.

Но если не будет зрителей, если трибуны не будут скандировать «Убей!», если рейтинги этих развлекательных политических шоу обвалятся, то есть призрачный шанс, что этот позор прекратится. Рано или поздно.

Читайте также: